February 26th, 2020

СВЯТИТЕЛЬ РАФАИЛ, ЕПИСКОП БРУКЛИНСКИЙ.

Святитель Рафаил, Епископ Бруклинский.

Святитель Рафаил (Ававини/Хававини) (Raphael Hawaweeny) (1860 - 1915), епископ Бруклинский.
Память 14 февраля (Православная Церковь в Америке).

27 ФЕВРАЛЯ - ДЕНЬ ПАМЯТИ СВЯТОГО ПРЕПОДОБНОГО ИЛАРИОНА ГРУЗИНА, НОВОГО, СВЯТОГОРЦА.

Святой Преподобный Иларион Грузин, Новый, Святогорец.

Святой преподобный Иларион Грузин, Картвели, Новый, Афонский, Святогорец, Имеретинский (1776 - 1864), иеросхимонах, афонский старец.
Память 14 февраля и в Соборе преподобных русских Святогорцев.


В миру Иессей Канчавели (Канчишвили), родился в 1776 году в селении Лосиат-Хеви, близ Шорапани, Имерети, в семье Хахулии и Марии Канчавели, принадлежавших к дворянскому роду. Первенца по настоянию брата Марии иеродиакона Стефана, известного в то время старца, подвизавшегося в келье близ монастыря Табакини, посвятили Богу: иеродиакон Стефан предсказал, что иначе мальчик умрет, а Мария станет неплодной. После долгих колебаний родители отдали 6-летнего Иессея дяде, который обучил мальчика чтению Священного Писания и воспитал в молчании, воздержании и молитве.[Spoiler (click to open)]


Спустя 12 лет Иессей по благословению почившего иеродиакона Стефана перешел в монастырь Табакини. Здесь юноша услышал, что в Тбилиси есть "духовное училище" и решил туда отправиться. По пути он зашел получить благословение епископа Никозского Афанасия, который, расспросив Иессея о его жизни и услышав, как он читает Священное Писание и рассуждает, сказал: "Ты в училище ничему такому не научишься, чему ты научен в пустыне" - и посоветовал возвратиться домой.


Отец привез сына в Кутаиси и отдал на службу в царский дворец. Юноша поступил в распоряжение кн. Георгия Церетели, который, увидев склонность Иессея к духовной жизни, направил его к высокообразованному архимандриту Геронтию (Сологашвили), подвизавшемуся в монастыре Джручи. Архимандрит продолжил его воспитание, а также обучил Иессея чистописанию, грамматике, арифметике и прочим светским наукам.


Через 3,5 года Иессей вернулся к кн. Георгию и спустя 3 года поступил на службу во дворец писцом по приказным делам.


По настоянию имеретинского царя Соломона II (1789, 1790-1810) женился и принял сан пресвитера, став придворным духовником и царским советником.


Прот. Иессей занимался умиротворением княжеских междоусобиц и участвовал во всех переговорах Соломона II, в основном связанных с процессом вхождения грузинских земель в состав России. Осенью 1803 года вассал Имерети правитель Мегрелии князь Григол Дадиани принял российское подданство. Поскольку Соломон II не имел наследника, между ним и Александром I 25 апреля 1804 года было заключено соглашение, по которому Имерети после кончины Соломона II войдет в состав Российской империи, и русские войска получат возможность проходить по территории Имерети к границе с Турцией и пользоваться поддержкой грузинских войск. Князь Григол Дадиани и имеретинский подданный кн. Зураб Церетели, желая немедленного свержения Соломона II, создавали у Александра I и главнокомандующего в Грузии генерал-адъютанта А. П. Тормасова представление о Соломоне II как о неблагонадежном правителе, препятствующем водворению мира на Кавказе.


Прот. Иессей неоднократно обличал Церетели в предательстве своего монарха и советовал Соломону II не покидать Кутаиси. Воспользовавшись отъездом прот. Иессея на похороны жены Марии, Церетели убедил царя встретиться с Тормасовым на нейтральной территории, в Сурами. Тормасов же направился в принадлежавший Российской империи Тифлис (Восточная Грузия вошла в состав империи на основании манифеста Александра I от 12 сентября 1801), за ним был вынужден последовать и Соломон II. В Тифлисе он был взят под домашний арест с предписанием в течение двух месяцев выехать на постоянное место жительства в Санкт-Петербург. Поняв, что он теряет престол, Соломон II 11 мая 1810 года бежал в принадлежавший Турции Ахалцихе. Он рассчитывал на военную помощь турецкого султана Махмуда II, который позволил Соломону II проживать в Эрзеруме. Тормасов, прибыв в Кутаиси, объявил об упразднении Имеретинского царства и о вхождении его в состав России. Прот. Иессей находился с царем, тщетно пытавшимся собрать военные силы для возвращения престола, вплоть до его кончины в Трапезунде 7 февраля 1815 года.


В мае прот. Иессей вернулся в Имерети и вскоре был вызван вдовой Соломона II царицей Марией (1785-1841) в Москву, дабы стать ее духовником. Прот. Иессей тяготился светской жизнью царицы и ее придворных, но Мария не отпускала его и не отдавала документы. В 1819 году при помощи камердинера царицы и митрополита Санкт-Петербургского Серафима (Глаголевского) прот. Иессей получил паспорт и по совету гостившего в Москве архимандрита Иверского монастыря на Афоне через Одессу отправился в Константинополь с намерением побывать на Святой земле.


Однако в Константинополе Иерусалимский патриарх Поликарп (1808-1827) посоветовал прот. Иессею до Великого поста пожить на Афоне, о котором прот. Иессей тогда "почти ничего не знал". Скрыв свое происхождение и сан, он под видом бедного инока пришел в Ивирон. Однако идиоритмический устав и отсутствие насельников-грузин ему не понравились, и он поступил в Дионисиат, где по благословению игумена Стефана нес послушание "в магерной", т. е. исполнял наиболее тяжелые работы (колка дров, ношение воды и др.), а также трудился на виноградниках. В пустыни близ Дионисиата подвизался знакомый грузин прот. Иессея. Великим постом в 1821 года они приняли постриг: прот. Иессей с именем Иларион, его друг - с именем Венедикт (впосл. известный афонский старец Венедикт (Киотишвили), + 9 марта 1862).


Однажды некий монах зашел в келью о. Илариона, где увидел его документы - русский паспорт и турецкий фирман. Игумен потребовал принести их, и один из монахов смог прочесть фирман. Так в монастыре узнали об иерейском сане Илариона Грузина, но подвижник упросил братию скрыть это.


Однажды преподобный Иларион попросил разрешения игумена сходить в Иверский монастырь за грузинскими книгами, ибо, не зная греческого языка, «он лишался слышания Слова Божия». В Ивироне его узнал архимандрит, с которым о. Иларион познакомился в Москве. Игумен Иверского монастыря удерживал его в монастыре три дня и упрашивал остаться у них, но преподобный отказался. Весть о царском духовнике обошла весь Афон, и в Дионисиате его встретили как старца. Игумен Стефан уговаривал о. Илариона взять на себя исповедничество, братия не позволяла заниматься тяжелой работой. Тогда преподобный оставил монастырь и поселился в пустыни.


Особую роль прп. Иларион Грузин сыграл в событиях, связанных с Греческим национально-освободительным восстанием 1821-1829, которое затронуло также и афонские монастыри. В начале 1822 года правитель Фессалоники Абдул Робут-паша с многочисленным войском расположился в Крумице близ границ монашеской республики и повелел, чтобы настоятели монастырей явились к нему на поклон, иначе он разорит Афон. Зная жестокость турок, игумены не решились предстать перед пашой. Был разработан план, согласно которому в Крумицу отправятся монахи-добровольцы, готовые принять мученическую кончину, а другие афониты тем временем покинут полуостров и вывезут все святыни и ценности. От Дионисиата к паше отправились Иларион Грузин, иеромонах Пантелеимон и некий монах. Увидев в письме от Протата имя о. Илариона, паша спросил, кто из парламентеров грузин. Выяснилось, что паша родился в Абхазии в семье грузина - православного священника, в детстве был похищен и продан туркам и обращен в мусульманство. Паша убеждал прп. Илариона покинуть Афон, предлагая ему свой дом и свое покровительство. Преподобный отказался и обличил пашу в отречении от веры и отечества. Возник богословский диспут, в ходе которого благодаря заступничеству о. Илариона паша отказался от первоначального плана и покинул Афон.


Когда прп. Иларион узнал о том, что, подавляя мятеж в г. Негош, паша замучил многих христиан, он упросил игумена Стефана отпустить его в Фессалонику. Старец прибыл в город в священный для мусульман месяц рамадан и попал на торжественный прием иностранных гостей. Паша радушно принял земляка, и они несколько дней продолжали начатый в Крумице богословский диспут о возможности рождения Господа Девой. На ночлег прп. Иларион останавливался в доме христианина Спандони. В одну из ночей случилось чудо: некий турок, пожелавший убить преподобного, занес над ним меч, но его рука задеревенела.


На 4-й день диспута придворные стали требовать казни прп. Илариона, и паша приказал отрубить ему голову. Двое телохранителей, соотечественников паши и св. Илариона, взяли старца на поруки, вывели за город и велели идти на Афон. Иларион Грузин, однако, возвратился в Фессалонику и в течение 6 месяцев служил узникам тюрьмы «Белая башня» - афонским монахам, участвовавшим в Греческом восстании, а также содержавшимся в заключении туркам: стирал белье, носил еду и воду, которые покупал на собранную у христиан милостыню. Восхищенный упорством и бескорыстием старца, паша велел не препятствовать ему. Однако, после того как старец дал немного пищи и воды двум осужденным на голодную смерть заключенным, что позволило одному из них дожить до решения об освобождении, паша вновь приказал казнить св. Илариона. Накануне старец получил во сне повеление от Господа уйти из города. Он нашел вместо себя человека, готового помогать узникам, и отправился на Афон.


Прп. Иларион Грузин поселился в Дионисиате, где во главе с игуменом Евлогием проживали 14 насельников (остальная братия подвизалась на островах Порос, Закинф и Скопелос и вернулась в обитель 6 июня 1830). Но поскольку там, как и в других афонских монастырях, стоял турецкий гарнизон (в Дионисиате - более 50 чел.), преподобный вскоре перебрался в пещеру близ обители, где подвизался 2,5 года. Затем в пещерах Катунакий в безмолвии провел еще 3,5 года, употребляя в пищу только травы, коренья и каштаны. Духовным отцом о. Илариона в это время был афонский старец Неофит (Караманлис).


Однажды некий монах собирал улиток близ пещеры о. Илариона. Обнаружив в ней изнемогшего от болезней и голода старца, монах отдал ему улиток и рассказал о подвижнике в ближайших скитах; монахи стали приносить ему пищу и обращаться за духовными советами. Стесненный значительным числом посетителей, преподобный, испросив благословение у Павла, настоятеля Нового скита в честь Рождества Пресвятой Богородицы, ушел в затвор, укрывшись в башне Нового скита, где провел около трех лет. Насельник скита монах Герасим раз в 15 дней приносил ему сухари и воду.


Монах Герасим неоднократно был свидетелем того, как прп. Илариону являлись демоны. Однажды он нашел старца полуживым, избитым "бесчисленными полками бесов, идущими к его пиргу (башне) от самых Святопавловских песков, на протяжении расстояния получасового пути". О. Илариона вынесли из башни, позвали иеромонаха Венедикта (Киотишвили), и тот убедил отшельника оставить затвор.


Старца перевели в келью св. Харалампия, "где попечение о нем нес о. Венедикт", затем в дионисиатскую кафизму Апостола Иакова, брата Господня. Но поскольку вскоре в Дионисиате среди братии возникли споры, с какой частотой следует принимать Причастие, и каждая сторона пыталась заручиться поддержкой прп. Илариона, старец спустя два месяца перешел в Иверский монастырь, где прожил 6 месяцев (1836). Здесь он занялся разборкой грузинских книг и составил первый каталог грузинской библиотеки. Иеромонах Антоний Святогорец указывает также, что прп. Иларион сделал из книг и рукописей извлечения (в основном жития святых), составившие 12 томов, которые под названием «Цветник» и без указания автора издал на грузинском языке в России игумен Зографа.


Оправившись от болезни, о. Иларион перешел в иверскую келью Апостола Иоанна Богослова, где подвизались грузинские монахи и где он "нашел истинное безмолвие". Двое братьев - каллиграф Макарий и Савва (1821-1908) упросили его взять их под свое начало. О. Иларион был рад ученикам-грекам: Савва помогал ему совершенствоваться в греческом языке. По просьбе русских монахов преподобный принимал исповедь в Русском Пантелеимоновском монастыре (Русике). Дабы избежать празднословия, он уходил на 5-10 дней к старцу Венедикту (Киотишвили) в иверскую келью Пророка Илии. Однако и там страждущие находили его, и старец в скором времени перебрался в построенную для него келью св. Архангелов, а в 1843 году перешел в дионисиатскую келью Ап. Иакова, брата Господня. Отказываясь от звания духовника, прп. Иларион все же был вынужден принимать приходящих за духовным советом. Вскоре его стали называть "духовником духовников Афона". Нуждаясь в уединении, он периодически уходил на несколько дней в дионисиатскую кафизму св. Онуфрия.


В августе 1849 года о. Илариона посетил церковный историк, писатель А. Н. Муравьёв, наслышанный о подвижнике от П. Иоселиани, изучавшего на Афоне грузинские манускрипты. Муравьёв назвал старца "неоцененным сокровищем - отшельником, каких мало на Афоне" и упомянул о том, что старец "ради крайнего смирения отказался от священнослужения". В 1851 году ученик о. Илариона Макарий принял блаженную кончину, а Савва был рукоположен во диакона, затем во иерея.


Сохранилось письмо иеромонаха Саввы монаху Денасию, подвизавшемуся в Русике, где он описывает, с какой глубокой тревогой отреагировал прп. Иларион на известие о начале Крымской войны 1853-1856. Узнав, что Константинопольский патриарх Анфим VI (Иоаннидис) издал указ о прочтении во всех афонских монастырях молитвы о даровании победы туркам, старец "ужаснулся и сказал: «Он не христианин!»". По предсказанию о. Илариона, читавшие молитву монахи монастыря Григориат навлекли на себя гнев Божий: водяной поток снес мельницу, в обители поднялся ропот. Игумен и братия умоляли преподобного указать им, как испросить прощение Божие, и следовали всем его наставлениям. По сведениям архимандрита Херувима (Карамбеласа), в 1854 году офицеры русского парусника, бросившего якорь у Дионисиата, по приказу российского имп. Николая I обратились к о. Илариону, дабы узнать исход войны. Старец, не желавший, чтобы его почитали пророком, отказывался, но на третий день, уступив уговорам, сказал: "Россия перенесет трудности, она не победит, но и территорий не потеряет".


В 1857 году в Дионисиате возник конфликт в связи с тем, что в просфорне жил просфорник, содержавший котов. Иларион Грузин обвинил настоятеля монастыря Евлогия в небрежении к святому и посоветовал выстроить для просфорни более просторное помещение - "хотя бы в половину" новой кельи настоятеля. Разгневанный игумен заставил старца покинуть монастырь, и о. Иларион перебрался в группу калив Малой св. Анны, находившуюся близ пещеры, где он раньше подвизался. Некий купец приобрел для него принадлежавшую скиту кафизму прп. Онуфрия, в которой старец прожил 5 лет. Алтарь кельи нуждался в значительном ремонте, но в скиту средств для этого не имелось. Деньги появились чудесным образом: один монах из Великой Лавры, занятый сбором средств для своей обители, встретил в Валахии некую женщину, которая вручила ему 20 червонцев и просила передать прп. Илариону. Как выяснилось позже, старец не знал, кто она, и, решив, что деньги не для него, велел раздать нищим. Однако совет Лавры определил использовать эти средства на перестройку церкви в келлии старца: по пожеланию преподобного новый храм был освящен в честь Воскресения Христова.


В 1859 году старца посетили приехавшие для разрешения духовных и церковных вопросов управляющий канцелярией Святейшего Синода РПЦ П. И. Саломон и чиновник особых поручений К. К. Зедергольм: сохранились письмо Саломона старцу от 1862 года и ответ старца, датированный 4 февраля 1863 года.


В том же 1859 году произошло ставшее известным за пределами Афона событие. Иеромонах Григорий из скита праведной Анны (Большая св. Анна) и игумен монастыря Кутлумуш "приняли английское подданство и паспорт". Прп. Иларион наложил на иеромонаха Григория епитимию - отлучил от литургисания на 40 дней. Однако игумен Кутлумуша, заявив, что иеромонах Григорий "слушает человека, дальше своей дикой пустыни ничего не понимающего", велел служить и поминать на проскомидии имя английского посланника-протестанта. Узнав об этом, духовник иеромонаха Григория отлучил его от литургисания на три года, тогда иером. Григорий пришел к прп. Илариону, который заявил, что иеромонах теперь всю жизнь не должен совершать Богослужения. Игумен, узнав об этом, поносил обоих старцев и вынудил иеромонаха отвергнуть епитимии. После Литургии у иеромонаха Григория пошла из носа кровь, которую не могли остановить, и он скончался.


В 1862 году Иларион Грузин и иеромонах Савва перешли в Русик и поселились в келлии Печерских преподобных, а спустя год - в выстроенной специально для преподобного его русским почитателем из Острогожска Е. Г. Хабаровым келлии вмч. Георгия, церковь в которой была освящена в октябре этого года. В том же году старца посетил настроенный предвзято по отношению к афонским насельникам обер-прокурор Святейшего Синода гр. А. П. Толстой (1856-1862). Однако беседа со старцем, о котором граф был наслышан от своей супруги - грузинской княжны А. Г. Грузинской, создала об Афоне благоприятное впечатление.


По свидетельству братий Русика и келлии Печерских преподобных, имеющих возможность наблюдать за образом жизни старца и его ученика, Иларион Грузин и иеромонах Савва держали умную молитву, ночь проводили в бдении, утром служили утреню и Литургию, днем работали (преподобный занимался плотничеством), соблюдали строгий пост - пищу варили только в субботу и воскресенье, остальное время обходились сухоядением. Прп. Иларион спал два часа в сутки: один час - стоя, второй - сидя на полу.


Скончался 14 февраля 1864 года в Русике, куда пришел исповедовать братию. Предвидя свою кончину, Иларион Грузин завещал иеромонаху Савве похоронить его в тайном месте, а когда настанет срок, "выкопать кости... отнести их на кладбище монастыря Дионисиат и смешать с костями других отцов". Поскольку братия Русика в стремлении почитать мощи прп. Илариона была непреклонна, иеромонах Савва ночью вынес из монастыря тело учителя и исполнил его волю (одно из предполагаемых мест первого захоронения Илариона Грузина - келлия Ап. Иоанна Богослова Иверского монастыря). Однако монахи, ввиду того что "распространился слух между греками, что тело старца не истлело и потому ученик не выкапывает его", посоветовали иеромонаху Савве явить мощи своего учителя, "иначе грех хулы падет на него". 25 мая 1867 года благоухающие мощи были раскрыты и упокоены в скиту Малой св. Анны.


Перед кончиной прп. Иларион Грузин просил старцев Русика "на о. Савву не записывать келлию…". По завету старца иеромонах Савва вплоть до кончины (+ 14 апреля 1908) подвизался в каливе в честь Воскресения в скиту Малой св. Анны.


Сведения о прп. Иларионе с целью составления жизнеописания стал собирать после кончины старца подвизавшийся на Афоне русский иеромонах Пантелеимон. Иеромонах Пантелеимон расспрашивал знавших старца духовных лиц и довел жизнеописание до момента ухода преподобного в монастырь. Во второй половине XX века личностью известного афонского старца заинтересовался иеромонах Антоний Святогорец, который на основании записей иеромонаха Пантелеимона, разрозненных сведений и документов составил обширный труд «Очерки жизни и подвигов старца иеросхимонаха Илариона Грузина».


17 октября 2002 года Священный Синод Грузинской Церкви причислил Илариона Грузина к лику святых. 16 апреля 2016 года Священный Синод Русской Православной Церкви постановил включить имя Илариона Грузина в месяцеслов Русской Православной Церкви.

27 ФЕВРАЛЯ 2020 ГОДА - ДЕНЬ ПАМЯТИ СВЯТОГО ПРЕПОДОБНОГО ШИО МГВИМСКОГО.

Святой Преподобный Шио Мгвимский.

Святой Преподобный Шио Мгвимский.

В четверг сырной недели празднуется память преподобного Шио Мгвимского. Его житие составил Арсений Сапарели, и оно представляет для нас удивительное назидание о действии благодати Божией в монашеском подвиге.


Преподобный Шио Мгвимский родился в конце V века в Антиохии в Сирии, в семье благочестивых и богатых родителей, чьи имена неизвестны. Родители сами занимались образованием сына, воспитывали его в страхе Божием, в любви к Богу и людям, в усердии к церковным службам и изучении слова Божия. Вместе с ним они читали Писание. К 16 годам Шио прекрасно изучил Священное Писание, молитвы и творения отцов Церкви. Многие тексты он знал наизусть. Родители, опасаясь, что сильное умственное напряжение может вызвать плохие последствия для здоровья их ребенка, часто просили сына дать себе отдых. Однажды они даже решились отобрать у него книги, что сильно опечалило Шио. Однако они вняли его словам: «Кто не изучает Писания, тот отдаляется от Царствия Небесного и становится рабом диавола». Родители вернули сыну книги, и с тех пор не стесняли свободы своего сына.[Spoiler (click to open)]


Когда Шио было 20 лет, в Антиохию пришел просветитель антиохийцев святой Иоанн, позднее известный как преподобный Иоанн Зедазенский. Духовное образование преподобный Иоанн Зедазенский получил в Антиохии. Еще в ранней молодости он принял постриг и удалился в пустыню, избегая мирских треволнений и еретических соблазнов, так как в это время Антиохийской Церковью управлял еретический патриарх Петр Валяльщик (Кнафевс). В пустыне преподобный Иоанн прославился подвигами и чудотворениями. Когда слава распространилась о нем, то к нему устремилось множество народа, желавшего получить исцеление, духовное наставление и просто увидеть святого. Тогда святой Иоанн счел за благо удалиться подальше от мирской славы и смущения. Вместе с особо преданными и духовно опытными учениками он удалился в безлюдное место и, построив кельи, начал вести с ними отшельническую жизнь. Однако затем он вышел из уединения ради пользы верующих и пришел в Антиохию. Встреча с ним поразила Шио, поскольку преподобный Иоанн сразу назвал его по имени еще прежде их знакомства. Преподобный предсказал ему, что он станет «отцом для многих отцов», и призвал его к монашеской жизни. Шио с радостью откликнулся на призыв преподобного Иоанна, но боялся огорчения родителей и их противодействия. Однако преподобный Иоанн предрек ему, что они раньше, чем Шио, примут монашество. Во время литургии, на которой присутствовали Шио и его родители, были прочитаны слова из Евангелия от Луки (14: 26) об отвержении мира и ненависти к самой жизни своей. Опираясь на них, преподобный Шио завел со своими родителями речь о монашестве. Они, полагая, что после их пострига сын женится, решили удалиться от мира, не желая препятствовать его семейному счастью. Но как только родители Шио приняли постриг, юноша раздал все имение, оставшееся от его родителей, – часть раздал нищим, часть пожертвовал монастырям и освободил рабов, а сам поспешил к преподобному Иоанну, который с радостью принял его и облек в иноческую одежду.


Преподобный Шио преуспевал в монашеских подвигах более всех учеников преподобного Иоанна, так что тот дивился столь сильно действовавшей в нем благодати Божией. Через 20 лет после призвания преподобному Иоанну было откровение свыше избрать из числа своих учеников 12 человек и с ними отправиться в страну Иверскую (Грузинскую), чтобы утвердить там в вере обращенных равноапостольной Ниной в христианство грузин, вывести многих из мрака неведения, защитить от натиска огнепоклонников и оградить их от еретических соблазнов, поскольку на Кавказе в это время распространялась монофизитская ересь. После продолжительных молитв преподобный Иоанн Зедазенский избрал следующих учеников для проповеди в Грузии: Авива Некресского, Антония Марткопского, Давида Гареджийского, Зенона Икалтойского, Фаддея Степанцминдского, Исе Цилканского, Иосифа Алавердского, Исидора Самтавнели, Михаила (Микаэля) Улумбийского, Пира Бретского, Стефана Хирского и Шио Мгвимского. Когда преподобный Иоанн со своими учениками достигли Мцхеты, их гостеприимно принял католикос Мцхетский Эвлавий (533–544). Иоанн с учениками провели в Мцхете три года, пребывая в молитве и проповедуя слово Божие, а затем взошли на гору Зедазени. После их двухлетнего пребывания на горе святому Иоанну явилась Божия Матерь с равноапостольной Ниной и повелела ему, чтобы он разослал своих учеников по разным местам страны для проповеди. Проснувшись, святой Иоанн собрал учеников, объявив им повеление Богородицы и святой Нины, и затем призвал их приготовиться отправиться туда, куда каждому из них укажет Сам Святой Дух. Можно провести известную аналогию между этим явлением и Пятидесятницей, после которой святые апостолы разошлись для проповеди в разные страны. Святой Иоанн привел своих учеников к католикосу и попросил у него благословения на их грядущую проповедь. Католикос, благословив их и прочитав о них молитву, повелел каждому взять себе в помощь по одному иноку. Только один святой Шио, любивший пустыню и уединенную жизнь, попросил своего учителя благословить его на отшельничество. Святой Иоанн позволил ему это, сказав: «Чадо мое! Ступай, куда поведет тебя Сам Господь. Мне явил Владыка наш Господь Иисус Христос, что ты должен вести уединенную жизнь, а между тем будешь аввой великой лавры. Но прежде явись католикосу, получи его благословение, и да будет Господь с тобой всегда. Он нигде не оставлял меня, смиренного, в борьбе с духом лукавым, Он будет твоим Покровителем и Утешителем и разрушит за тебя всякое коварство и ухищрение дьявольское».


Святой Шио, получив также благословение от католикоса Эвлавия на пустынножительство, отправился на запад от города Мцхета в непроходимые из-за дремучих лесов места. Он вошел в глубокое, безотрадное, глухое, безводное ущелье, полное диких зверей и ядовитых змей. Но святому Шио это место понравилось, так как оно было как бы нарочно защищено отвесными и необыкновенно крутыми стенами песчаной горы от людских взоров и от мирского мятежа. На северной стороне, над отвесной скалой крутого берега реки Куры, святой Шио нашел тесную пещеру, достаточную, чтобы укрыться. Там он поселился, не беспокоясь ни о пище, ни о питье, ни о каком-либо утешении человеческом. По преданию, он провел там 40 дней в посте и молитве, не вкушая ни куска хлеба, ел только некоторые травы и пил немного воды. В сорокадневном посте он подражал Господу нашему Иисусу Христу, поскольку претерпел также искушение от демонов, неоднократно принимавших образ диких зверей и змей, чтобы устрашить его. Но святой Шио, подобно святому Антонию Египетскому, начальнику пустынножительства, нисколько их не боялся и однажды вышел из пещеры и обратился к злым духом со словами: «Окаянные, разве вы не знаете, что там, где пребывает благодать Господня, вы совершенно бессильны? Я не страшусь вас и говорю вам именем Господа нашего Иисуса Христа: отыдите и удалитесь от меня все делающие беззаконие». После этого он всю ночь пребывал в молитве, а утром был утешен явлением Пресвятой Богородицы и святой Нины со ангелами. Пресвятая Богородица повелела ему питаться тем, что будет послано с неба, и пообещала, что больше ему не будут докучать демоны, а пустыня наполнится богоносными мужами, которые будут ублажать имя его вовеки. После этого преподобный Шио, подобно святому пророку Илии, питался хлебом, который ему приносил голубь.


Через некоторое время к нему присоединился первый ученик. Это был царедворец и начальник крепости Насдаки по имени Евагрий, христианин, воспитанный в благочестии, который вышел на охоту со своими детьми и рабами. Перейдя Куру, он направился в сторону, где жил святой Шио. Приблизившись к месту пребывания святого, он остановился, а спутников своих послал выгонять дичь. Следя за тем, что делали охотники, он заметил голубя, несущего пищу в клюве и влетающего в пещеру. Евагрий запомнил это место. И в следующий раз, когда он охотился, повторилось то же самое. Тогда Евагрий приблизился к пещере. Он увидел человека, молящегося на коленях с воздетыми к небу руками. На его вопрос преподобный Шио ответил: «Я странник, хвалю Бога в этой тесной пещере и желаю здесь окончить свои дни, чтобы быть приятным Богу».


Евагрий воспламенился любовью к Богу и пожелал стать учеником преподобного Шио и быть вместе с ним. Тогда преподобный повелел ему своим жезлом ударить по воде реки и перейти ее, а затем раздать все свое имение и вернуться к нему. Евагрий c верою и любовью исполнил послушание старца, перешел посуху через реку, раздал имение свое бедным и отошел от мира и родных. Святой Шио облачил его в схиму, наставил в монашеской жизни, указал Евагрию особую пещеру близ своей и повелел поселиться там и начать свой подвиг борьбы с диаволом. С этого времени имя святого Шио стало известным по всей окрестности. Многие приходили к нему и вступали в его обитель и принимали ангельский образ, постригаясь в монашество. Каждый ученик преподобного высекал себе особую, отдельную от других, пещеру близ пещеры преподобного Евагрия. Святой Шио выходил из своей пещеры к братиям только по воскресеньям, и то для наставления их, все же прочее время проводил в уединении в пещере. Таким образом, их жизнь сочетала элементы отшельничества и общежития: живя отдельно, монашествующие не лишались наставления старца.


Однажды святой Шио увидел одного монаха, который нес воду в кувшине и, упав на землю, разбил его и пролил воду. Это происшествие сильно опечалило монаха, ибо он с большим трудом принес воду издалека. Глубоко огорченный, он стоял над разбитым сосудом и горько плакал. Святой Шио не мог не сочувствовать скорби брата и, к утешению своему, увидел ангела, стоящего у скалы и копьем как будто копающего землю для извлечения из скалы воды, которая и потекла тотчас. Святой Шио, обратившись к печальному брату, сказал: «Бог за твои слезы и благочестие на этом месте через ангела источил воду. Ее достаточно будет для всей братии». Следует отметить, что в данном случае преподобный Шио уподобляется пророку Моисею, который источил для скорбевших и роптавших израильтян воду из камня. Однако здесь мы видим и иное – скорбь брата и его смирение, которое получает заслуженную награду. После этого случая 25 братьев монастыря могли без всякого препятствия доставать себе воду.
Число иноков увеличивалось, но храма для общественного богослужения у них не было. Однажды все братья собрались к святому Шио и просили у него благословения построить у себя церковь. Шио, услышав просьбу всей братии, встал со своего места, вышел из пещеры, отправился с ними на восток и взошел на вершину близлежащей горы. Здесь он встал на колени со всеми своими учениками и долго со слезами молился Богу, прося указать место для постройки храма для славословия святого Его имени. По окончании молитвы святой Шио встал и попросил горячих углей. Он положил их на ладонь левой руки, ознаменовал угли крестным знамением, потом велел всем стоящим инокам поднять к небу руки и петь: «Кириэ элейсон» (Господи помилуй). Иноки пели целый час, между тем столп дыма от курящегося ладана поднялся высоко вверх, затем пошел с востока на запад, к ущелью, где были пещеры иноков, а затем опять поднялся в вышину. На это место устремился преподобный Шио с учениками, неся в левой руке горячие угли с ладаном. Придя туда, они поняли, что место это избрал Сам Господь для построения храма во славу имени Своего. У святого Шио два часа курился ладан на руке. Затем, покадив братию, святой сложил с руки горячие угли, взял кирку и трижды ударил по земле под самым столпом фимиама и повелел построить на том месте церковь. Вскоре после этого Евагрия посетил царь Фарсман VI (542–557), который сильно скорбел об уходе своего верного храброго полководца, некогда по просьбе самого императора Юстиниана усмирившего воинственный народ таскуп. Однако встреча с преподобным Шио перевернула сердце царя: он снял свою корону, пояс и пал пред преподобным. Тот поднял его и благословил. Царь подарил монастырю четыре деревни и дал денег на строительство храмов.


По окончании строительства храмов Евагрий сообщил об этом царю и попросил освятить их. Царь, в свою очередь, уведомил об этом католикоса Макария (553–569) и попросил его с епископами в день Пятидесятницы собраться в обители святого Шио для освящения церквей. На освящение храмов собрались царь Фарсман VI, католикос Макарий с епископами, а также святой Иоанн Зедазенский со своими учениками. Главный храм был освящен во имя пророка Иоанна Предтечи. Торжество длилось неделю. Царь и все собравшиеся просили святого Шио, чтобы он принял на себя сан пресвитера. Однако Шио решительно отклонил эту просьбу.


Святой Шио совершил множество чудес. В частности, он изгнал из пустыни диких зверей, вредивших братии, но оставил одного волка, для того чтобы тот пас монастырских ослов. После посещения святого Иоанна Зедазенского, желавшего узнать степень духовного совершенства своих учеников, преподобный Шио решил удалиться в затвор. Он взял благословение своего духовного отца, а также патриарха и попрощался с братией. На прощание он изрек 160 поучений, среди них были следующие: «Любите нищету, чтобы наследовать вечное блаженство. Презирайте попечение и суету этого мира, чтобы не соблазниться им. Воспитывайте себя в изучении Священного Писания, просвещающего ум и сердце». Затем он удалился в затвор, где после многих подвигов скончался 9 мая, получив перед этим напутствие Святыми Дарами от священника, который спустился к нему в яме на веревке. Достаточно скоро Шио Мгвимский был прославлен как святой. Ныне употребляемая служба ему была составлена в XI веке.


После смерти преподобного Шио монастырь быстро стал оживленным центром культурной и религиозной деятельности и находился под личным патронажем католикосов Грузии. Число братии временами достигало 2000 человек. Царь Давид IV Строитель (1089–1125) сделал Шио-Мгвимскую обитель царской и создал Типикон монастыря (1123).


Падение единого Грузинского царства и непрекращающиеся чужеземные вторжения привели монастырь в упадок. Период относительного оживления наступил, когда грузинский царь Георгий VIII (1446–1465) предоставил Шио-Мгвимский монастырь и его земли благородному семейству Зевдгинидзе-Амилахвари, которые до 1810-х годов использовали его в качестве семейной усыпальницы.


Монастырь был опустошен в 1614–1616 годах вторжением персидских войск шаха Аббаса I. Князь Гиви Амилахвари восстановил обитель в 1678 году, но в 1720 османы в очередной раз разрушили ее. Монастырь, восстановленный Амилахвари в 1733 году, был снова разрушен персами менее двух лет спустя. Впоследствии Шио-Мгвимский монастырь был восстановлен, интерьер его храмов обновили в XIX веке, но обитель так и не смогла возвратить свое прошлое значение в духовной жизни Грузии. При советской власти монастырь был закрыт. По некоторым свидетельствам, часть мощей святого Шио, хранившаяся в монастыре, была сожжена, но одна кость сохранилась. Но хотя монастырь был закрыт, монахи все равно продолжали тайно совершать богослужения. В настоящее время в обители вновь возрождена монашеская жизнь.


Диакон Владимир Василик.

27 ФЕВРАЛЯ - ДЕНЬ ПАМЯТИ СВЯТОГО РАВНОАПОСТОЛЬНОГО КИРИЛЛА, ПРОСВЕТИТЕЛЯ СЛАВЯН.

Святой Равноапостольный Кирилл, просветитель славян. Фреска церкви Святого Георгия в Курбиново, Македония. 1191 год.

Святой Равноапостольный Кирилл, просветитель славян. Фреска церкви Святого Георгия в Курбиново, Македония. 1191 год.

Святой Равноапостольный Кирилл, просветитель славян. Фреска церкви Святого Георгия в Курбиново, Македония. 1191 год.

[Spoiler (click to open)]

Родные братья Кирилл и Мефодий происходили из благочестивой семьи, жившей в греческом городе Солуни (Фессалоники, Салоники, в Македонии). Они были детьми одного воеводы, по преданию, родом болгарского славянина. Святой Мефодий был старшим из семи братьев, Святой Константин (Кирилл — его монашеское имя) — самым младшим.

Святой Мефодий сначала служил, как и отец его, в военном звании. Царь, узнав о нем, как о хорошем воине, поставил его воеводой в одно славянское княжество Славинию, находившееся под властью Византии. Это случилось по особому усмотрению Божию и для того, чтобы Мефодий мог лучше научиться славянскому языку, как будущий впоследствии духовный учитель и пастырь славян. Пробыв в чине воеводы около 10 лет и познав суету житейскую, Мефодий стал располагать свою волю к отречению от всего земного и устремлять свои мысли к небесному. Оставив воеводство и всё мирское, он ушел в монахи на гору Олимп.

А брат его Святой Константин с юности своей показал блестящие успехи как в светском, так и в религиозно-нравственном образовании. Он учился вместе с малолетним императором Михаилом у лучших учителей Константинополя, в том числе у Фотия, будущего Патриарха Константинопольского. Получив блестящее образование, он в совершенстве постиг все науки своего времени и многие языки, особенно прилежно изучал он творения Святителя Григория Богослова, за что получил прозвание Философа (мудрого). По окончании учения Святой Константин принял сан иерея и был назначен хранителем Патриаршей библиотеки при храме Святой Софии. Но, пренебрегая всеми выгодами своего положения, он удалился в один из монастырей на берегах Черного моря. Почти насильно он был возвращен в Константинополь и определен учителем философии в высшей Константинопольской школе. Мудрость и сила веры еще совсем молодого Константина были столь велики, что ему удалось победить в прениях вождя еретиков-иконоборцев Аниния.

Затем Кирилл удалился к брату Мефодию и несколько лет разделял с ним иноческие подвиги в монастыре на Олимпе, где впервые стал заниматься изучением славянского языка. В обителях, бывших на горе, было много иноков-славян из разных соседних стран, почему Константин мог иметь здесь для себя постоянную практику, что для него было особенно важно, так как он, почти с детства, все время проводил в греческой среде. Вскоре император вызвал обоих святых братьев из монастыря и отправил их к хазарам для Евангельской проповеди. На пути они остановились на некоторое время в городе Корсуни (Херсонес), готовясь к проповеди.

Здесь же святые братья узнали, что мощи Священномученика Климента, папы Римского, находятся в море, и чудесным образом обрели их.

После этого святые братья отправились к хазарам, где одержали победу в богословских спорах с иудеями и мусульманами, проповедуя Евангельское учение.

Вскоре пришли к императору послы от моравского князя Ростислава, притесняемого немецкими епископами, с просьбой послать в Моравию учителей, которые могли бы проповедовать на родном для славян языке. Император призвал Святого Константина и сказал ему: «Необходимо тебе идти туда, ибо лучше тебя никто этого не выполнит». Святой Константин с постом и молитвой приступил к новому подвигу. С помощью своего брата Святого Мефодия и учеников Горазда, Климента, Саввы, Наума и Ангеляра он составил славянскую азбуку и перевел на славянский язык книги, без которых не могло совершаться Богослужение: Евангелие, Псалтирь и избранные службы. Некоторые летописцы сообщают, что первые слова, написанные на славянском языке, были слова Апостола и Евангелиста Иоанна: «Вначале бе (было) Слово, и Слово бе к Богу (было у Бога), и Бог бе Слово». Это было в 863 году.

После завершения перевода святые братья отправились в Моравию, где были приняты с великой честью и стали учить Богослужению на славянском языке. Это вызвало злобу немецких епископов, совершавших в моравских церквах Богослужение на латинском языке, и они восстали против святых братьев и подали жалобу в Рим. В 867 году Святые Мефодий и Константин вызваны были папой Николаем I в Рим на суд для решения этого вопроса. Взяв с собой мощи Святого Климента, папы Римского, Святые Константин и Мефодий отправились в Рим. Когда они прибыли в Рим, Николая I уже не было в живых; его преемник Адриан II, узнав, что они несут с собой мощи Св. Климента, встретил их торжественно за городом. Папа Римский утвердил Богослужение на славянском языке, а переведенные братьями книги приказал положить в римских церквах и совершать Литургию на славянском языке.

Находясь в Риме, Святой Константин, в чудесном видении извещенный Господом о приближении кончины, принял схиму с именем Кирилл. Через 50 дней после принятия схимы, 14 (27) февраля 869 года, равноапостольный Кирилл скончался в возрасте 42 лет. Перед смертью он говорил брату: «Мы с тобой, как дружная пара волов, вели одну борозду; я изнемог, но ты не подумай оставить труды учительства и снова удалиться на свою гору». Папа приказал положить мощи Святого Кирилла в церкви Святого Климента, где от них стали совершаться чудеса.

После кончины Святого Кирилла папа, следуя просьбе славянского князя Коцела, послал Святого Мефодия в Паннонию, рукоположив его во архиепископа Моравии и Паннонии. При этом Мефодию немало приходилось переносить неприятностей от инославных миссионеров, но он продолжал Евангельскую проповедь среди славян и крестил чешского князя Боривоя и его супругу Св. Людмилу, а также одного из польских князей.

В последние годы своей жизни Святитель Мефодий с помощью двух учеников-священников перевел на славянский язык весь Ветхий Завет, кроме Маккавейских книг, а также Номоканон (Правила Святых Отцов) и святоотеческие книги (Патерик).

Святитель предсказал день своей смерти и скончался 6 апреля 885 года в возрасте около 60 лет. Отпевание святителя было совершено на трех языках — славянском, греческом и латинском; он был погребен в соборной церкви Велеграда — столицы Моравии.

К лику святых Равноапостольные Кирилл и Мефодий причислены в древности. В Русской Православной Церкви память равноапостольных просветителей славян чествуется с XI века. Древнейшие службы святым, дошедшие до нашего времени, относятся к XIII веку.